Иерихонские трубы были излишни

/ / / Иерихонские трубы были излишни

Для начала рассмотрим вопрос о том, что дают археологические раскопки по вопросу о датировке завоевания Ханаана израильтянами, а так как взятие Иерихона было, по Библии, первым актом этого завоевания, то тем самым решается и вопрос о датировке знаменитого штурма под звуки труб.

Есть один показатель, который дает возможность установить так называемый «terminus post guem» — «срок, после которого» израильтяне могли появиться в этих краях, если бы они шли маршрутом, в какой-то мере приближающимся к указанному в Библии. Райт, правда, говорит, что «их точный маршрут представляет собой нечто темное» и что на отрезке от Синайской пустыни до границ Палестины можно на основании противоречащих друг другу библейских показаний начертать опять-таки два разных маршрута. Ясно, однако, что в обоих маршрутах изра­ильтяне должны были обходить страну Едом, по одному ва­рианту — с запада, по другому — с востока: в Библии рас­сказывается, что едомитяне упорно не пропускали израильтян через свою территорию. Известный археолог Нельсон Глюк в результате своих долголетних исследований установил, что едомское царство могло возникнуть не раньше 1300 г. до н. э., наиболее вероятная дата — 1290 г. до н. э. Следовательно, движение израильтян, встретившее сопротивление едомского царства, могло иметь место не раньше этого времени.

Таким образом, первый хронологический вариант для ис­хода из Египта и движения в землю обетованную, содержа­щийся в Библии (XV в. до н. э.), отпадает даже на одном только этом основании.

Приходится, значит, остановиться на втором? Попробуем вместе с большинством зарубежных археологов-библеистов исходить из того, что завоевание Палестины израильтянами и, стало быть, взятие Иерихона происходило в конце XIII в. до н. э.

Обратимся к материалам раскопок Иерихона. Начало библейского описания завоевания Палестины выглядит правдо­подобно в том отношении, что это завоевание, если изра­ильтяне двигались с Востока, должно было начаться именно с Иерихона; в этом случае последний является ключевой по­зицией, овладение которой было необходимой предпосылкой для дальнейшего продвижения в глубь страны. Если раскопки Иерихона доказали бы, что он был разрушен именно в конце XIII в. до н. э., то это было бы важным ориентиром для реше­ния всей проблемы. Поэтому археологи старательнейшим об­разом раскапывают Иерихон на протяжении уже более полу­столетия. Они собрали здесь колоссальный материал.

В конце прошлого века немцы Зеллин и Ватцингер, а в про­межутке между двумя мировыми войнами англичанин Гарстанг нашли и опубликовали в печати, казалось бы, вполне убедительные свидетельства того, что Иерихон был разрушен либо в конце XV в. до н. э., либо в начале XIV в. Это само по себе вносило новую путаницу в решение вопроса, ибо опять- таки оказывалось, что подтверждается вариант не XIII, а XV в. Единственная надежда была на то, что дальнейшие раскопки -внесут некоторые поправки в выводы указанных археологов. И действительно, такие поправки были внесены.

В 1952 г. англо-американская археологическая экспедиция под руководством мисс Кетлин Кенион занялась продолже­нием раскопок Гарстанга. Работы, длившиеся несколько лет, внесли решительные изменения в выводы предшественников Кенион. Но вместо приведения археологических выводов в со­ответствие с хронологическим вариантом, к которому уже бы­ло склонились археологи и который они к этому времени уже почти «гармонизировали» с Библией, эти изменения вообще спутали все карты. Оказалось, что Иерихон не подвергался и не мог подвергаться разрушению ни в XV в., ни в XIII в. до н. э.

Само по себе иерихонское поселение было признано архео­логами самым древним из известных городов земного шара. Оно существовало уже в период неолита, а наиболее древняя его каменная стена была воздвигнута еще до изобретения ке­рамики. Целых тридцать культурных слоев было раскопано на территории Иерихона, и его история была в общем выясне­на на-всем ее протяжении. Но как раз тот период, который ин­тересует археологов-библеистов, оказался по существу пустым и немым. За исключением нескольких черепков и трех могил, период между 1500 и 1200 гг. не дал никаких находок. В этот период местность была, следовательно, необитаемой. С XII в. начинается новое заселение Иерихона, но больше этот город никогда не достигал мало-мальски внушительных размеров, не обносился стенами и не был крепостью.

С выводами Гарстанга, хотя они и не укладывались >в ва­риант XIII в., все же, что называется, можно было жить: рас­хождение в двести лет могло быть предметом новых сопостав­лений, попыток гармонизации, всевозможных софистических упражнений, направленных на доказательство «все-таки пра­воты» Библии. Эти выводы в одном отношении вообще очень устраивали богословствующих археологов-библеистов — две мощные крепостные стены, окружавшие вершину старого го­рода, выглядели как разрушенные чуть ли не некоей мгновен­ной катастрофой. Одни из авторов указывали на землетрясе­ние, как на возможную -причину этой катастрофы, другие же были не прочь с многозначительным видом упоминать о пря­мом смысле библейской легенды — трубные звуки, дружный вопль всего израильского ополчения, и стены, как по команде, рушатся… Но в результате исследований экспедиции Кенион легенда о катастрофе -сама потерпела полную катастрофу. Бы­ло доказано, что стены подверглись разрушению, вероятно, в результате землетрясения еще в III тысячелетии до н. э.

Общеисторические материалы дают ответ на вопрос о том, как случилось, что Иерихон -с середины II тысячелетия факти­чески сошел с исторической арены. Около 1580 г. до н. э. егип­тяне, изгнавши из своей страны гиксосских завоевателей, на плечах отступавших ворвались в Палестину и прошли по ней огнем и мечом. Вместе с другими палестинскими городами они разрушили и Иерихон, разогнали и частично истребили его население. После этого город в более или менее серьезных масштабах не восстанавливался. Иисусу Навину, а вместе с ним и Яхве, ни в XV, ни в XIII в. до н. э. разрушать в Иери­хоне было уже нечего. Трубы были ни к чему.

Впечатление, произведенное этими обстоятельствами на буржуазных археологов-библеистов, было ошеломляющим. «Информация о Иерихоне, — пишет Райт, — была названа ра­зочаровывающей, и это верно: не только трудно интерпрети­ровать библейское повествование о Иерихоне, но невозможно даже наметить и историю традиции». Это значит, что очень трудно объяснить, как появилась сама легенда. Нельзя же допустить, считает Райт, чтобы здесь была просто «чистая фабрикация» или «этиология» — последний термин означает легенду, имеющую своей целью позднейшее объяснение соз­давшегося положения. Райт просто сокрушается: «Во многих случаях как происхождение, так и история традиции могут быть изучены историческими, формально-критическими и дру­гими методами», здесь же все эти методы не помогают, и «про­блема Иерихона — теперь больше проблема, чем когда бы то ни было…».

Мы не в состоянии помочь благочестивому библеисту в ре­шении этой проблемы таким способом, который соответство­вал бы его апологетическим целям. Легенда о взятии Иерихо­на, лежащая в самом фундаменте всей библейской истории завоевания израильтянами страны обетованной, безвозвратно потеряла всю свою историчность. Трудность положения ее за­щитников усугубляется тем, что почти невозможно предста­вить себе опровержения выводов Кенион когда бы то ни было в будущем, настолько исчерпывающими были работы ее экспедиции и настолько обоснованы выводы, сделанные из них.

Содержание