Неканонические и апокрифические рукописи

/ / / Неканонические и апокрифические рукописи

Книги Ветхого и Нового заветов, безоговорочно принимаемые церковью в качестве богодухновенных, включены в канон, то есть комплект, освященный авторитетом церкви твердый список. Если бы Писание было действительно «священным», то, помимо него, не было бы ничего похожего, его «каноничность» была бы твердо зафиксирована с самого начала и ничто бы в этом отношении не конкурировало с вошедшими в него книгами и текстами. Между тем дело обстоит не так. Помимо канонических книг, имеется большое количество не только неканонических, но и прямо отвергаемых в качестве ложных, еретических, «апокрифических» книг, которые и по содержанию, и по форме мало чем отличаются от канонических, так что вопрос о том, какие книги следует считать настолько богодухновенными, что они заслуживают включения в канон, а какие, наоборот, не заслуживают этого, был в свое время предметом ожесточенных споров среди руководителей церкви и синагоги.

Иудейский канон Ветхого завета был установлен в конце I в. н. э. Определенному решению этого вопроса предшествовали ожесточенные споры между раввинами. Выдвигались возражения против кано­низации книг Иезекииля, Екклезиаста, Песни Песней, Притчей Соломоновых, Есфири. Образовались группировки, боровшие­ся между собой. Особенно враждовали две раввинские школы: Шамая и Гиллеля. В конце концов был принят тот канон, ко­торый действует теперь, причем исход споров определился соотношением сил борющихся группировок.

Видимо, в это же время были признаны неканоническими такие книги Ветхого завета, как Товит, Иудифь, III и IV Ездры й другие, а также ряд отрывков из канонических книг. Было предпринято систематическое уничтожение всех рукописей и отрывков, признанных неканоническими. Надо полагать, что именно поэтому фактически ни одна из них не сохранилась на древнееврейском языке. Правда, в это время они уже су­ществовали в греческом переводе, и именно в этом виде они дошли до нашего времени. Но то обстоятельство, что этих книг не существует на древнееврейском языке, побудило христи­анскую церковь не включать их в канон. Протестантизм счи­тает эти библейские книги и тексты просто апокрифическими и не имеющими отношения к «священному писанию». Право­славная церковь признает их хотя и неканоническими, но все же «душеполезными» и публикует их в своих изданиях Биб­лии. Католическая же церковь относится к ним еще более бла­госклонно и считает их каноническими второго порядка (девтероканоническими).

До некоторого времени не было известно ни одной рукопи­си неканонических книг Ветхого завета на древнееврейском языке. Наиболее сенсационной находкой каирской генизы — выше мы уже говорили об открытии этого клада — явилась древнееврейская рукопись неканонической книги Иисуса сына Сирахова. Значение этой находки заключается в том, что до­казано действительное существование в древности еврейских подлинников неканонических книг.

Помимо неканонических книг Ветхого завета, существует большое количество ветхозаветных апокрифов — вероятно, их общее количество исчисляется сотнями. Большинство из них не дошло до нас, так как было уничтожено раввинами. К вет­хозаветным апокрифам относятся книги, известные под назва­ниями: Малое Бытие, или книга Юбилеев, Житие Адама и Евы, Апокалипсис Моисея, книга Еноха, Завещание двена­дцати патриархов и др. Существует также серия книг, именуе­мых Сивиллиными, — по имени мифической пророчицы Сивил­лы. Содержание ветхозаветных апокрифов соответствует в общем основным нормам иудейского благочестия; в частно­сти, Сивиллины книги имеют своим предметом главным об­разом сроки и обстоятельства грядущего пришествия Мес­сии.

Находки последних десятилетий в некоторой мере попол­нили имеющийся фонд ветхозаветных апокрифов, так, напри­мер, в кумранских пещерах были обнаружены рукописи книг Юбилеев и Еноха и фрагменты ряда других. Может быть, дальнейшие публикации откроют перед нами еще ряд подоб­ных находок.

Канон Нового завета в настоящее время точно определен и ограничен 27 книгами. Установлен он был, однако, не сра­зу. Еще в IV в. шли споры между христианскими церковника­ми по вопросу о каноничности тех или иных книг Нового заве­та. Как выглядел новозаветный канон к началу III в., показала одна находка, сделанная около 1740 г. известным итальянским историком того времени, библиотекарем моденского герцога, Лодовико Муратори.

Разбирая архив амвросиевской библиотеки в Милане, Му­ратори неожиданно наткнулся в одной рукописи VIII в. на лис­ток папируса явно древнего происхождения. Вчитавшись в него, он понял, что это написанное на очень плохом латинском языке перечисление книг Нового завета с некоторыми ком­ментариями. Ряд признаков дал возможность установить, что папирус относится примерно к 200 г. н. э. По сравнению с современным каноном Нового завета в нем кое-чего не хвата­ло, кое-что было лишним. Из посланий, приписываемых Пав­лу, там нет Послания к евреям, не указаны также послания Иакова и Петра, зато говорится об Апокалипсисе Петра, ко­торого нет в современном каноне. Начало и конец документа не сохранились, но, по-видимому, ничего нового в этих не сох­ранившихся элементах текста не было. Некоторые обороты речи и выражения дают ученым основание считать, что фраг­мент, найденный Муратори, был первоначально написан по-гречески и лишь потом переведен на латинский язык.

Ряд документов более позднего происхождения, чем фраг­мент Муратори, тоже оперирует списком новозаветных канонических книг, не полностью совпадающих с современным церковным каноном. Живший в начале IV в. церковный историк Евсевий делит все книги Нового завета на те, которые приняты всеми христианами, и те, которые некоторыми отвергаются. К числу последних он относит ряд посланий апостольских, которые теперь числятся в каноне. А Лаодикейский церковный собор 363 г. в зафиксированном им каноне не упоминает Апокалипсиса. Вопрос о включении этой книги в новоза­ветный канон вызывал споры и сомнения даже в значительно более поздние времена. Так, например, Мартин Лютер оспа­ривал богодухновенность этой книги еще в XVI в.

Оказывается, таким образом, что божественное происхож­дение и вытекающая из него непогрешимость тех или иных книг Ветхого и Нового заветов вовсе не представляет собой чего-то бесспорного и очевидного. С точки зрения религиоз­ной веры, представляется вообще непонятным, почему бог так запутал этот вопрос и обрек людей на сомнения и полемику в попытках его решения. Казалось бы, божественная истина должна сиять таким ярким и определенным светом, чтобы не вызывать ни у кого сомнений в своей подлинности. Но этого почему-то нет!

Вернемся, однако, к вопросу о новозаветных апокрифах. Их было очень много — вероятно, больше сотни. Часть из них дошла до нас, некоторые известны только по названиям, а кое-какие из тех, что до сих пор были известны лишь по наз­ваниям, в результате сравнительно недавних открытий пред­стали перед нами, что называется, в натуре. Известны апокри­фические евангелия от Варнавы, от Иуды, от Марии, от Вар­фоломея, от Петра, от Евы, от Египтян и т. д. В 1935 г. в Египте был найден отрывок из евангелия, которое до сих пор никому не было известно и название которого до сих пор не установлено; по имени опубликовавшего его ученого оно на­зывается папирусом Эджертона. Много сохранилось апокри­фических посланий и деяний. К последним относятся Деяния Петра, Фомы, Фаддея, а также Деяния Павла и Феклы. Не­мало было и апокрифических апокалипсисов. Почему одни из этого рода произведений попали в канон, а другие оказались низвергнутыми в разряд апокрифов, — это определялось в каж­дом случае соотношением сил разных, боровшихся в раннем христианстве, группировок и степенью популярности того или другого документа в наиболее влиятельных общинах. Для нау­ки же находки древних рукописей апокрифических произведе­ний Нового завета не менее важны, чем находки рукописей канонических книг. Так как апокрифические произведения старательно уничтожались ревнителями благочестия, то по­нятно, что их осталось мало и каждый случай находки такой рукописи представляет собой большое событие.

В 1886 г. в Ахмиме (Египет) несколько апокрифических документов были найдены в гробнице одного монаха; там ока­зался, между прочим, фрагмент апокрифического евангелия Петра. Через несколько лет после этого был найден знамени­тый клад рукописей в Оксиринхе — тоже в Египте. Английские ученые Гренфел и Хант в 1897 г. нашли там большое количе­ство греческих папирусов с текстами ряда литературных про­изведений древности. Среди них оказался текст, содержавший так называемые Логии, или Речения Иисуса Христа, до тех пор не известные и не фигурирующие в евангелиях; таких из­речений, приписываемых Иисусу, там было 14. Помимо них, в Оксиринхских находках оказался и фрагмент из неизвестно­го евангелия II в.

Еще больший интерес у исследователей вызвало открытие клада рукописей в районе Хенобоскиона — в том же Египте. В 1945 г. у подножия горы Джебель эль-Тариф на левом бе­регу Нила крестьяне, рывшие землю, натолкнулись на искус­ственную пещеру, в которой стоял сравнительно хорошо со­хранившийся ящик. Раскрыв его, феллахи обнаружили 13 па­пирусных книг — кодексов. Находка далеко не сразу стала достоянием гласности. Только через два года сведения о ней проникли в печать, после чего рукописи начали публиковать­ся. Считается, что тайник был оборудован одним из первых христианских монастырей в начале IV в. н. э.; как известно, впервые христианские монастыри были организованы именно в Египте. В настоящее время 12 из найденных кодексов, а так­же часть тринадцатого находятся в одном из каирских музе­ев, а другая часть этого тринадцатого принадлежит одному швейцарскому институту.

Найденные древние книги содержат не только христиан­ские религиозные тексты; там есть и произведения довольно неопределенного религиозного направления, связанные скорей с некоторыми поздними формами античной идеалистической философии, чем с христианством. Нас в данном случае инте­ресуют содержащиеся в них апокрифические евангельские произведения. Среди них имеются евангелие от Фомы, еван­гелие от Филиппа, евангелие Истины и другие. Все они напи­саны на коптском языке.

Мы не будем подробно останавливаться на содержании хенобоскионских апокрифов и на их отличии от канонических новозаветных произведений. Укажем лишь, что общий дух и характер этих произведений носит на себе отпечаток так на­зываемого гностицизма. Это было религиозно-философское учение, которое в первых веках нашей эры развилось как в недрах христианства, так и вне его, причем представляло со­ бой серьезную опасность для ортодоксального христианства. Слово «гностицизм» происходит от «гносис», что значит — «зна­ние»; приверженцы этого учения считали, что лишь им доступ­но высшее знание, и в этом отношении вступали в прямую кон­куренцию с клиром ранних христианских общин. Бога они представляли себе в мистически-туманном образе Логоса — «Слова», которое настолько возвышенно и так далеко от ми­ра низменной материи, что непосредственно с этим миром со­прикасаться не может. Между Логосом и материальным ми­ром общение может происходить только через посредников — «эонов», одним из которых был якобы Иисус Христос. Вполне очевидна та большая разница, которая существует между уче­ниями гностицизма и ортодоксального христианства. Следует в то же время отметить, что в некоторых канонических новоза­ветных произведениях влияние гностицизма сказалось доволь­но явным образом. Особенно оно заметно в евангелии от Ио­анна, которое начинается чисто гностической формулой: «В начале было Слово… и Слово было Бог». Известный немец­кий исследователь Артур Древе считал, что христианство во­обще произошло из гностицизма.

Хенобоскионские находки показали нам одно из ответв­лений раннехристианской литературы, исключенное деятелями церкви из узаконенного ими канона. Эти находки дали еще один штрих для характеристики той разноголосицы и того многообразия, которые царили в священных книгах христиан­ства первых веков его существования.

Мы подходим, таким образом, к концу нашего обзора того, что дают для истории библейских книг найденные археолога­ми древние рукописи. Оснований к тому, чтобы пересматри­вать установленную наукой картину происхождения Библии, совершенно не оказывается. Выглядят поэтому в достаточной мере беспочвенными заявления ряда современных зарубеж­ных библеистов о том, что «гиперкритицизм» в отношении церковной традиции происхождения Библии в результате ар­хеологических открытий последних десятилетий потерпел яко­бы поражение. Для примера разберем высказывания этого рода, принадлежащие одному из крупнейших современных археологов-библеистов В. Ф. Олбрайту.

Содержание